ПОРНОФИЛЬМЫ: «МЫ ХОТИМ, ЧТОБЫ ЛЮДИ ПОДУМАЛИ»

Панк-рок группа «Порнофильмы» берёт своё начало из подмосковного города Дубны с 2008 года. На данный момент этот коллектив занимается «правдотерапией» для тех, кто желает ей подвергнуться. Обложка потрёпанной книжки, на которой написано «Страна, в которой фашизм победил», иллюстрирующая сингл группы «Песенку-антиутопию о фашизме» даёт хороший толчок задуматься. Какие идеи и мысли несут публике «Порнофильмы» мы поговорили с лидером группы Володей Котляровым.

pornocoverinterwiu— Ну, во-первых, хочется поговорить о свободе, так как панк-рокеры в сложившейся сейчас у нас атмосфере в стране, будто здоровые клетки организма, которые оздоравливают общество.

В.К.: Ну, во-первых, не все панк -рокеры, к сожалению. Многие занимаются созданием обычной развлекательной музыки, которая не несёт в себе каких-то здравых идей, а просто пропаганда веселья. Пир во время чумы. Допустим, сникерс, водка, скейтборд, воспевание алкогольной романтики у многих групп встречается в творчестве. И по музыке, по форме — это, да, можно назвать панк-роком, но по содержанию, лично я бы не стал называть это таким направлением, потому что я считаю, что данный жанр должен затрагивать актуальные проблемы. И что, как ни панк-рок должно быть совестью больного общества? В котором мы все живём и проблемы которого нам не чужды.

— Скажи, пожалуйста, вот ты можешь себя назвать свободным человеком и считаешь ли ты своих слушателей, фанатов свободными?

В.К.: Смотря что мы будем подразумевать под словом свобода.

— Свободомыслие.

В.К.: Мысль контролировать труднее всего, потому что как бы человека ни били, не пытали и не давили, его нельзя заставить мыслить по другому. Существует целый институт пропаганды для того, чтобы всем, кому выгодно, могли формировать менталитет населения такой, какой нужно для того, чтобы нормально зарабатывать деньги, нормально разворовывать, распиливать страну. Я говорю, причём, не о конкретно нашей стране, а вообще о любой стране. Потому что везде, в принципе, всё устроено аналогичным образом — где-то больше, где-то меньше… Каждый под словом «свобода» понимает совершенно разные вещи. Кто-то говорит: «Я свободен, и поэтому (например) пью водку. Потому что я хочу это делать и делаю. И таким образом проявляю своё право на свободу». Я считаю, наоборот — если ты пьёшь водку, то ты уже менее свободен, потому что ты зависим от этого. Тебе и общество с рождения навязало, что это необходимость, и привычка у тебя выработалась, и, соответственно, у тебя есть такая потребность. И ты менее свободен, чем тот, у кого такой потребности вообще никогда не появляется. Это только маленький частный пример того, как свободу можно понимать по-разному.

Могу ли я назвать себя свободным человеком? Наверное, могу, потому что я выстроил свою жизнь так, что я занимаюсь любимым делом и никто мне не мешает этим заниматься. И, в принципе, мне ничего не надо больше для счастья своего. У меня всё есть для этого и именно поэтому я свободен. Возможно, довольно-таки, утверждение банальное и поверхностное, но я думаю о том, о чём хочу, и тоже этого мне никто не запрещает. Я занимаюсь саморазвитием и постоянно чему-то учусь. Что-то узнаю новое. И тоже свободен это делать. Я свободен от различных вредных привычек.

— У тебя достаточно политизированные тексты и это создаёт большую популярность. Скажи, когда ты выходишь на сцену, ты несёшь определённую ответственность за тех, кто тебя слушает?

В.К.: Безусловно.

— В связи с этим, ты как-то контролируешь ту критику, которую ты выносишь в свои тексты? В частности, я о «Песенке-антиутопии о фашизме».

В.К.: Это песенка — антиутопия. Это произведение, написанное в  этом жанре. Как мы знаем, существуют в таком направлении фильмы, книги: Оруэлл, Брэдбери «451 по Фаренгейту». То есть всё это уже до нас было написано. Страна не имеет значения. Наша песня не о политике, а о любви. О переживаниях человека, который находится в такой системе ценностей. И мировозрений. Создаётся лирический персонаж, который помещается в определённую среду для того, чтобы мы могли проследить его мысли, переживания, эмоции. Как поймёт эту песню человек — уже зависит от его образованности, мировозрения. Там мы выступаем в качестве наблюдателя. Это дух времени. Не конкретно сегодня, а вообще эпохи, в которую мы живём. В которую нам выпала честь родиться, увидеть всё своими глазами и отразить в нашем творчестве.

Ответственность, конечно, мы несём перед публикой. Потому что люди, которые учатся в школе, студенты — открыты ко всему новому, они только ещё формируются, как личности. Могут вступить не на тот путь, уйти в сторону. Потратить свою жизнь на гулянки, пьянки и тусовки. И будут думать, что это и есть панк-рок. Что это направление – говнарьство, бухло и прочая мерзость … И жизнь приведёт их на самое дно. Однажды на таком дне оказался я сам… Потому что не по тому пути пошёл. Купился на оболочку, на фантик, обёртку, под видом которой панк-рок мне изначально был преподнесён обществом. Потом я в какой-то момент переосмыслил всё это и отбросил. И вот я здесь. А так бы не оказался, скорее всего.

— Ты, наверное, помнишь в своей жизни тот переломный момент, когда ты понял, что именно такие песни, не о пьянках и гулянках, а о более глубоких вещах, нужно петь?

В.К.: Я перестал пить и во мне проснулась совесть. Я стал думать почему я так живу по-скотски? Почему я превратил свою жизнь в Ад? И в какой-то момент я устал от самого себя. От того, что так живу, стало стыдно перед родителями. Почему они меня родили и смотрят на то, как я ужасно себя веду? Стало, действительно, очень стыдно. Перед моей девушкой, близкими и самим собой. Зачем я добровольно себя вгоняю в такое состояние?? С тех пор я перестал пить. Ещё ни разу не выпил, после того, как мой внутренний диалог привёл меня к осознанию того, что больше так нельзя. Очень многое в моей жизни изменилось в положительную сторону. Ни одного минуса я ни нашёл. И уже шестой год идёт, как я веду трезвый образ жизни и не жалею. Ни разу мне не хотелось выпить и может быть для кого-то я покажу положительный пример. Есть люди, которые говорят, что я послужил для них таким примером и они тоже отказались пить. Это здорово!

— Когда ты принял такое решение, тяжело было найти единомышленников? Потому что часто такая позиция вызывает споры.

В.К.: Мне не нужны единомышленники для того, чтобы понимать, что я правильно живу.

— А как восприняли это в коллективе?

В.К.: Мы существуем уже с 2008 года. Решение бросить пить пришло ко мне в 2011 году. И каждый в тот момент в группе пришёл сам для себя к этому. Я, наверное, пришёл позже всех. Когда к нам присоединился Кирилл, он тоже влился… Как-то так сложилось, может-быть совпадение, что все мы оказались в одном месте, в одном городе и всё так совпало.

— Кстати о местах… Во время тура ты видишь публику и, естественно, анализируешь её — те лица, которые видишь со сцены. Что ты можешь сказать о них? У нас есть потенциал для развития свободомыслия? Или такой мыслящий контингент всегда существует в стране и ходит на концерты?

В.К.: Потенциал, безусловно, есть. Много молодёжи приходит именно на «Порнофильмы». На другие панк-группы, которые также гастролируют и существуют уже больше 10-15 лет ходит аудитория постарше. Те, кого они успели зацепить 10 лет назад. Это взрослые люди. На нас приходит более молодая публика и она самая активная. Такие люди ещё не устали от жизни. Потенциал имеется — всё зависит от них, к чему они придут. Неправильно говорить людям — надо так-то и вот так. Надо показать взгляд, альтернативную точку зрения той, что показывают официальные средства массовой информации. Чтобы люди сами думали, понимаешь. Мы же не можем вложить им свои мозги в голову. Необходимо, чтобы они развивались, сами работали над собой. Наша задача — научить людей мыслить критически. Может-быть, они не будут согласны в чём-то с нами, но они по крайней мере начнут заниматься саморазвитием. И это будет маленькая победа.

Бессознательное население  у нас в стране. Им сказали по телевизору как нужно и они так и думают. А мы хотим видеть всё-таки общество, которое постоянно будет мыслить критически, саморазвиваться, участвовать в том, что происходит вокруг. Тогда и проблем меньше в стране будет. Потому что все привыкли ничего не делать и винить правительство, а на самом деле народ достоин своих правителей. У нас есть песня «Нищая страна», она поётся от лица вот этих потребительски настроенных ватников, которые провозглашают: «Мы не хотим перемен! Мы не хотим ничего менять! Мы живём в руинах, которые остались от когда-то великой Империи Советского Союза! Мы не хотим ничего строить! Не хотим ничего улучшать! Не хотим даже завалы разгребать! Хотим получать просто зарплату, аванс, ни за что не отвечать, как можно меньше работать и как можно жирнее жить!» Вот с таким менталитетом ничего не будет. Также будут страну распиливать и разворовывать. И также все будут жить в дерьме. Пока люди не захотят жить лучше и не начнут с себя. Не надо выходить на площадь и устраивать революцию! Это не поможет. Надо строить революцию в своей голове. Главное, чтобы больше людей пропагандировали такие идеи.

— Поразила большая литературность твоих текстов, у тебя есть высшее образование?

В.К.: Я просто книжек много читаю. Образование — это не институт, не университет. Образование — это когда ты занимаешься саморазвитием. Если тебе интересна какая-то наука, ты начинаешь её изучать. Мне интересны литература, поэзия. Я постоянно читаю, постоянно обдумываю какие-то произведения — мне интересны личности тех людей, которые это создавали. Например, человек всю жизнь посвятил работе над какой-то книгой или значительную часть своей жизни. Ты думаешь — как он к этому пришёл? Насколько надо быть замороченным, чтобы круглосуточно думать о книге и в итоге создать её? Точно также я круглосуточно думаю о песнях и стихах. Я ими живу можно сказать. А человек жил книгой. Дай-ка, я её почитаю! Начинаешь проникать в голову человека, который её писал, погружаться в его мировозрение. Это очень интересно.

Главная наука, которую каждому надо усвоить — это методология. Наука о самостоятельной обучаемости. Основы методологии позволяют тебе самостоятельно работать с любыми учебниками без преподавателей. Учат, как правильно погружаться в любую новую область. Я знаю эти основы.

— То есть своё образование ты совершил сам?

В.К.: Да. Понимаешь, если ты ходишь в институт — не факт, что если тебе дают диплом, то ты образованный человек. Может ты списывал, парты таскал, красил кабинеты, и автоматом получал, потому что ты — староста…

Я не могу сказать, что я имею высшее образование. Потому что если я так скажу, получится, что я считаю себя человеком, которое это образование получил и остановился. Я считаю, что всю жизнь надо учиться, развиваться. Становиться лучше. В этом и есть смысл жизни. Учиться жить. В конечном счёте, мы все учимся жить и это личностное, духовное развитие. Поэтому мне ещё многому предстоит научиться. Приятно, что по моим стихам и песням заметны отсылки к литературным произведениям. Обычно их замечают только те люди, которые с литературой знакомы мало-мальски.

— Ты упомянул Джорджа Оруэлла и Рэя Брэдбери «451 по Фаренгейту», вероятно, это твои любимые произведения?

В.К.: Это просто основные книги, которые написаны в жанре антиутопия. Есть ещё Замятин, книга называется «Мы», которая, наверное, первая из антиутопий вообще. Потому что Оруэлл именно с неё всё содрал и он сам об этом говорит. Это не самые любимые книги, но одни из любимых. Вообще, мысли многих писателей мне близки. Толстого, например. Очень интеллектуальный был человек и жил в такое время, когда его идеи многим казались чуждыми. Несмотря на это он не подстраивался под общество и не был сломлен. Очень смелые делал заявления на религиозные темы. Его даже от церкви отлучили.

— А твои отношения с религией как складываются?

В.К.: Вот так же как у Толстого, примерно. Мне с детства пытались привить религиозность — я сразу же находил в ней противоречия и не верил с самого начала. Во-первых, как люди, которые ходят в церковь и живут по этим правилам, соблюдают ритуалы — они попадут в Рай, а люди, которые знать не знают об этих ритуалах, и церквей у них нет, например, проживающие в согласие с природой общинными племенами — что же они теперь попадут в Ад? Неужели они не попадут в Рай, потому что у них нет правильных головных уборов или каких-то иных атрибутов? Я уже в детстве об этом думал: почему одни люди достойны, а другие недостойны? Это разделение, самый натуральный фашизм. Когда одни люди на почве верования, считают, что они лучше, чем другие. Фашизм на религиозной основе. Точно также, как мы знаем, есть географический и исторический фашизм.

Человек, например, родился на определённой территории русским, арабом или мексиканцем. Абсолютно никаких с его стороны не было сделано шагов, никакого труда. А он гордится этим очень почему-то. просто потому что он тут родился. Гордость за то, в чём нет никаких твоих собственных достижений. Как можно этим гордиться? Как сказал Джордж Карлин, то же самое, что гордиться тем, что ты родился первого сентября. А не первого декабря, например. Это очень глупо. У нас даже есть песня «Глупая гордость», которая как раз об этом. Как глупо гордиться тем, что ты родился мужчиной и презирать женщин. Говорить, что женщины это люди второго сорта, потому что их место на кухне и носки стирать. Многие мужчины так думают. Это сексизм и, на самом деле, тоже сродни фашизму. По половому признаку одна группа людей считает, что она лучше другой группы людей. Это абсолютно неправильно. Такие вещи неплохо было бы каждому человеку усвоить, ведь именно из-за этого возникают войны. Религия всегда была рекордсменом по кровожадности: крестовые походы, ритуальные убийства, терроризм. Если её убрать гораздо проще станет жить.

— Вопрос острый. Если наша страна совсем сомкнёт когти на горле свободы слова, ты уедешь?

В.К.: Не знаю. Я об этом иногда думаю. Может уеду, а может быть и нет. Может быть, моё место именно здесь. Я же не просто так здесь родился. Не просто так случилось, что мы оказались в одном городе и у нас такая группа появилась, не просто так у меня есть склонность к написанию стихов и песен. Возможно, я именно на своём месте нахожусь и именно это дело нужно делать до конца.

Мы всё-таки не занимаемся политикой. Мы являемся сторонними наблюдателями и отражаем дух времени. И показываем людям свою частную точку зрения. И они уже могут её увидеть, послушать  — и это толчок к тому, чтобы самому себе начать задавать вопросы. В этом смысл. Мы не можем за человека найти ответ, иначе он не будет развиваться.  Он должен сделать это сам, встать с дивана и начать. Также как мы начали в какой-то момент.

— Это, своего рода, борьба с эгоизмом слушателей? Потому что приятно лежать на диване и потреблять уже готовый информационный продукт.

В.К.: У нас вообще страна состоит из повторятелей. Эти люди ходят друг за другом и повторяют… Один посмотрел по Рен-тв, что все народы произошли от славян, к примеру, и пришёл на работу и сказал: «Да это уже давно доказали!» Кто-то услышал, ему понравилась фраза и он пошёл говорить дальше: «Да учёные же давно доказали, что настоящий мужик должен есть мясо!» Мне вот такие вещи говорят, поскольку я — вегетарианец. Что учёные давно доказали, что без мяса люди умирают. Я спрашиваю: «Какие учёные? Приведите мне, пожалуйста, фамилии, имена, работы научные? Где это всё?» Нигде. Один услышал и они повторяют друг за другом. Какие-то слухи, сплетни. За этим ничего не стоит. Вот это наша страна.

— Вы их стараетесь расшевелить?

В.К.: Да, конечно. Ты должен в первую очередь не слухи какие-то собирать. Ты должен мыслить критически, ознакомиться со всеми источниками информации, найти в них нечто общее или противоречия, а из них уже сможешь понять, что было придумано автором, а что было взято, как наиболее достоверные данные. И потом ты уже можешь выдвигать свою точку зрения. И это будет настоящий источник информации. Вот так именно надо поступать и в отношении религии и в отношении всего, что тебя волнует. Только так.

— Наверное, это и будет твоим пожеланием всем?

В.К.: Мы хотим, чтобы все подумали, почему мы написали «Песенку антиутопию про фашизм». Эта песня не ответ на вопрос. Она, как раз для того, чтобы люди начали задавать себе вопросы. Просто ты должен посмотреть на это и подумать. Мы хотим, чтобы люди подумали.

pornofilmicover

Авторы: Антон, Мила (Томск).
Фото: Марина Бархатова